Мы выросли на Крайнем Севере.Смысл этой фразы Вам вряд ли доступен. Да, мы с Вами воспитывались на творчестве Астрид Линдгрен. Мы замирали от ужаса и восхищения, когда наши мамы читали нам о злоключениях Кая и Герды, об отваге полярного оленя, о ледяном сердце и верной дружбе.
И все же я беру на себя смелость утверждать о том, что большинство из Вас пребывает в полном незнании о том, что такое Крайний Север.
Любые фразы, описывающие этот феномен, будут унылы и банальны. Разве можно словами передать световое безумие северного сияния, разве можно обрисовать чудное одеяние тундры при минус 50 градусах по Цельсию, когда каждая ветка облачается в неповторимый покров ледяной стужи и блещет многотысячными гранями блестящих морозных кристаллов?
Я даже не буду пытаться это делать. Я всего лишь повторюсь – Вы не знаете Севера.
А мы Севером бредили. Мы – это я и Вовка Р. Мы дышали этой полярной романтикой. В 14 лет мы уже были обучены высокому искусству понимать Север, жить его законами и находиться в гармонии с ним.
Что бы выжить в Заполярье, надо виртуозно владеть искусством гармонии с суровой внешней средой, сурово карающей легкомысленного новичка. Нас с Вовкой манила водная среда сурового северного края.
Северные реки – это особенное чудо! Чудо светлое, чистое, прозрачное и … коварное. В северных реках водится удивительная рыба: хариус, сиг, семга. В омутах таится жирный и осторожный налим. Хищная и умная щука придает особую интригу глубоководным отношениям.
Стоит ли удивляться тому, что искусство рыбной ловли захватило нас без остатка и увлекло с такой силой, что спустя почти четверть века я, увы, уже один, продолжаю постигать это удивительное таинство – рыбную ловлю, — нимало не разочаровываясь, а даже наоборот, находя все новые, удивительные и ранее не изведанные грани таинственного рыболовного искусства.
Мой рассказ относится к далекому 1983-му году. Это было странное и удивительное время. Время, когда полярники, добывавшие для страны нефть, уголь, золото и многое другое, — были вынуждены обращаться к собственноручному добыванию даров северной природы, поскольку в магазинах никогда не было тех богатств, которыми изобиловали здешние места. Зато эти магазины, почему-то, изобиловали таким количеством финского масла любого развеса и вида упаковки, что обалдевший город несколько лет не мог осилить реализации этой чудовищной поставки.
Впрочем, для нас, мальчишек, факт отсутствия редкостных пород северных рыб на магазинных полках только добавлял гордости от сознания того, что наш промысел – не пустое времяпрепровождение, а полезное и нужное занятие.
Итак, поздней зимой 1983 года мы с Володькой наметили ударно, то есть с пользой для дела, прогулять школу и отправиться на две недели в заранее облюбованную и запланированную поездку к реке Кордым.
Река эта берет начало в приполярных отрогах Северного Урала и с незапамятных времен славиться чистой водой, обилием рыбы и массой тайн, которыми неизбежно обрастает любая горная и малолюдная река, особенно в таком удивительном месте, как Заполярье.